Духи в языке

Недавно на просторах интернета я наткнулся на фотографию найденного археологами в небольшом южно-итальянском городе Боскореале сложного по своей конструкции древнеримского водонагревателя I века до н.э. Под фотографией высказывалась интересная мысль о том, что древние культуры были намного более технологически развитыми, чем это принято считать в массовом сознании, а представляются нам они технологически отсталыми лишь потому, что сложные механизмы с большим количеством деталей сильнее подвержены беспощадному ходу времени и увеличению энтропии, чем простые устройства, и они попросту не пережили прошедшие тысячи лет. Чем больше в механизме деталей, тем больше в нём того, что может сломаться и что нужно постоянно чинить и поддерживать в рабочем состоянии, поэтому время их просто уничтожило. Археологам изредка удаётся найти единичные, полусломанные экземпляры сложных технологических устройств, а вот условные палки-копалки встречаются им на каждом шагу, из-за чего после посещения музея древней истории у человека создаётся ложное впечатление полной технологической отсталости древних цивилизаций.

При оценке истории нам нужно всегда учитывать ошибку выжившего как своего рода форму естественного отбора - выживают только наиболее приспособленные к течению времени артефакты. Примером такого отбора могут служить пещерные люди - эти самые "пещерные люди" жили далеко не только в пещерах, даже можно сказать, что они останавливались рядом с пещерами лишь изредка, и даже тогда они жили на привходовых площадках в пещеру, а не в самих пещерах. Но дело в том, что климатические условия в пещерах из-за их закрытости от внешнего мира и влаги сильно способствуют сохранению человеческих костей и бытовых артефактов. Кроме того, пещер ограниченное количество, поэтому трудозатраты археологов на поиск хороших мест для изучения среди пещер низкие, а вероятность найти там что-нибудь интересное гораздо выше, чем если бы они копали посреди поля или леса. Именно поэтому большинство раскопок стоянок первобытных людей делается рядом с пещерами, за что они и получили своё прозвище "пещерные люди".

В целом, в рамках личного эпистемологического подхода к познанию очень полезно использовать идею естественного отбора. Например, многие из наших современников крайне скептически относятся к идее незримого мира - мира идей, духов, демонов. Но если мы посмотрим на различные религии, будь-то авраамические иудаизм, христианство и ислам, или южно-азиатские индуизм и буддизм, или китайские традиционные верования, или японский синтоизм, или даже шаманизм в Сибири и Америке, то везде без исключения мы встретим учение о духах и демонах. Незначительные детали в религиях могут различаться - например, кто-то не ест свинину, кто-то говядину, а кто-то с удовольствием уплетает за обе щеки и то, и другое, но существование невидимого мира эволюционно инвариантно для всех религий. То есть признание существования незримого проходит естественный отбор на протяжении тысячелетий по всему земному шару, а вот общества, не верующие в незримый мир, долго не выживают. Если бы это было незначительной деталью религиозного учения, полуслучайной мемной мутацией, передающейся из поколения в поколение в довесок к основному коду мемома, то оно бы не встречалось повсеместно. Почему тогда современные люди так презрительно относятся к идее существования незримых духов? Французский поэт Шарль Бодлер писал, что самая изощренная хитрость дьявола состоит в том, чтобы уверить вас, что его не существует.

С точки зрения философии структурализма и слабой версии гипотезы Сепира-Уорфа, язык формирует мышление. Наше мышление принципиально не способно вырваться за пределы нашего языка. Пока у нас нет слова для обозначения чего-то, мы не можем увидеть и вычленить это что-то из окружающего мира. Иоанн Богослов был абсолютно прав в своём знаменитом изречении "в начале было Слово". Может быть, именно поэтому в современном мире слово "дух" или "демон" высмеивается и ассоциируется с чем-то дремучим? Чтобы мы не смогли увидеть их вокруг себя?

Мы общаемся с нейролингвистическими моделями с помощью промтов - коротких фраз-инструкций, автоматически разбивающихся на векторы в многомерном пространстве смыслов-эмбеддингов и подающихся в таком виде на вход матричному перемножителю, результат вычисления которого превращается из вектора обратно в текстовый ответ. Русский китаист и писатель Бронислав Виногродский утверждает, что три великих пятикнижия - еврейская Тора, индоевропейские Веды с Упанишадами и китайский У-Цзин служат своего рода системными промтами к человеческому интеллекту, на основе которых разворачиваются три совершенно разных языковых систем мышления.

Внутри этих языковых систем возникают устойчивые паттерны, чьё существование неизбежно вытекает из топологической структуры языкового пространства смыслов. Учёные, исследующие современные нейролингвистические модели, находят в диалогах с ними одни и те же повторяющиеся аттракторы, к которым модели неизбежно сводят диалог с пользователями и друг с другом. Люди также сводят свои действия к повторяющимся из века в век паттернам поведения, изображаемых в виде духов и демонов во всех мировых религиях. Даже ход истории повторяется раз за разом по одним и тем же лекалам, описанным ещё Плутархом в его "Жизнеописаниях".

Это приводит нас к ответу на извечную христианскую проблему теодицеи - вопросу о том, как возможно зло в мире, созданном всеблагим Богом. Евангелие от Иоанна начинается словами: "В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог" - слово порождает язык, структура языка задаёт структуру мышления, структура мышления формирует определённую топологию пространства смыслов, а внутри пространства смыслов неизбежно возникают устойчивые аттракторы - демонические духи платонического мира вечных идей.